– Полицейский!

Голос низкий, интеллигентный, взволнованный. Дайер быстро подошел к женщине.

– В чем дело, мисс?

Глазом профессионала он заметил, что обилие румян и губной помады не совсем соответствовали ситуации. В нормальной обстановке женщину можно было бы назвать симпатичной, возраст же не поддавался определению. Ее халат был застегнут на все пуговицы, вцепившаяся в перила рука блестела в свете уличного фонаря.

– Мне не совсем понятно... Я одна в доме... Мне послышался шум...

Сказано на одном дыхании, видно, что женщина напугана.

– Разве в доме нет прислуги?

Констебль был удивлен и немного шокирован.

– Нет, я вернулась из Парижа в полночь, мы сняли дом с мебелью... наверное, нанятая нами прислуга перепутала день моего возвращения... Я миссис Гранвиль Форнез.

Дайер вроде бы слышал эту фамилию, но ему не хотелось в этом признаваться, тем более что он не был уверен... Фамилия звучала солидно, на Беннет-стрит жили именно солидные люди.

Полицейский заглянул в темную прихожую.

– Включите, пожалуйста, свет. Я проверю.

Миссис Форнез затрясла головой. Было заметно, что она дрожит.

– Света нет. Это меня и напугало. Все было в порядке, когда я заснула в час ночи. Что-то разбудило меня... Не знаю что... Я включила ночник, света не было. Я ношу в сумке фонарик, достала его и включила.

Миссис Форнез умолкла и испуганно улыбнулась. Полицейский заметил, что ее темные глаза были широко раскрыты.

– Я увидела... не знаю... темное пятно, как будто кто-то лежал на полу. Потом оно пропало. Дверь в спальню оказалась открытой, хотя перед сном я заперла ее на ключ.

Полицейский открыл входную дверь пошире и осветил прихожую. Там стоял небольшой столик с телефоном. Войдя внутрь, полицейский снял трубку. Телефон молчал.